КАФЕЛЬНИКОВ Евгений Александрович

Заслуженный мастер спорта, лучший теннисист России ХХ века, первый олимпийский чемпион теннисной России, первый россиянин – победитель турнира «Большого шлема» в одиночном разряде
Родился 18 февраля 1974 года в Сочи. Отец – Кафельников Александр Никодимович. Мать – Кафельникова Валентина Федоровна. Дочь – Олеся Евгеньевна.
Когда на излете прошлого столетия встал вопрос о самом лучшем теннисисте России ХХ века, мнение экспертов было единодушным: Евгений Кафельников. Правда, этот титул, как известно, неофициальный, но по своему весу, по своей престижности и звучанию он, думается, превосходит все прошлые и ныне существующие спортивные звания.
Почему же этот теннисист удостоен столь высокой оценки? Почему мнение экспертов было столь единодушным? Ведь в нашем теннисе было и есть немало первоклассных мастеров, которые вписали не одну ярку страницу в историю отечественного тенниса, – Марат Сафин, Андрей Чесноков, Андрей Ольховский, Николай Озеров, Сергей Андреев и др. Да, наверное, в первую очередь потому, что Кафельников – это талант самой высокой пробы, чемпион из чемпионов, рекордсмен по числу побед на крупных международных соревнованиях, часть нашего национального теннисного достояния.
Для того чтобы лишний раз убедиться в этом, достаточно напомнить лишь самые основные вехи биографии этого гранда отечественного и мирового тенниса: заслуженный мастер спорта (1996); первый в России олимпийский чемпион по теннису (2000); 6-кратный лауреат турниров Большого шлема (1996–2002); первый россиянин, выигравший турнир «Большого шлема» в одиночном и парном разрядах (1996); победитель 53 и финалист 34 турниров АТР в одиночном и парном разрядах – провел на кортах АТР-Tour 912 встреч (1992–2003), из которых 609 выиграл; 5-кратный обладатель Кубка Кремля в одиночном разряде (1997–2001); 5-кратный участник турниров серии «Tennis Masters» (1994-2001) и финалист престижного кубка «Tennis Masters» (1997); обладатель Кубка Дэвиса (2002) и 3-кратный финалист Кубка мира (2000–2002) в составе сборной России; в течение 6 недель первая ракетка мира по текущему рейтингу АТР (3 мая – 13 июня, 1999) и вторая – по итогам года (1999).
Таких феерических успехов за всю историю нашего тенниса не добивался никто. И вряд ли кто-либо сумеет у нас превзойти эти достижения в обозримом будущем.
Впервые Женя взял в руки ракетку, когда ему еще не было и 6 лет. Азы тенниса постигал у известного сочинского мастера Валерия Песчанко. Но содружество это длилось недолго. То ли Песчанко решил, что юный Женя – случай особый, то ли по каким-либо другим соображения, но спустя всего несколько месяцев после их знакомства он добровольно передал своего подопечного в руки местного тренера – Валерия Шишкина. Тот быстро распознал неординарные спортивные способности мальчика: по-видимому, он унаследовал их от отца – Александра Кафельникова, который выступал в прошлом за команду мастеров сочинского «Динамо» по волейболу. Понял Шишкин и другое: Женя – прирожденный чемпион, который признавал либо вс? (победа любой ценой), либо ничего. А ведь в спорте без таких амбиций, без такого настроя вряд ли можно добиться чего-то путного.
Придя к Шишкину, Женя кое-что уже умел: правильно держать ракетку, выполнить без явных ошибок подачу, подержать в нужный момент мяч в игре и т.д. Но при этом был страшный непоседа – тренироваться на корте долго не мог. Чуть проиграл – и сачковать. И с этим приходилось как-то мириться, стараться не форсировать события, а то ведь можно было отбить у парня всякую охоту, всякое желание тренироваться.
В январе 1981 года, в Одессе, Женя стал подавать первые робкие надежды: вошел в квартет сильнейших на Всесоюзных соревнованиях для 10-летних. А к 11 годам, когда его первый раз вызвал в сборную москвич Анатолий Лепешин, тогдашний тренер всех молодежных команд страны, юный Кафельников был уже во многом игроком сложившимся, со своим самобытным почерком, по крайней мере в технике игры. Но, приглашая Женю на сборы, Лепешин почему-то не очень его жаловал и каждый раз подчеркивал, что на сборах Кафельников – всего лишь спарринг-партнер. Кстати, в этом нет ничего удивительного. Более того, весьма распространенное явление: ведь знаменитый в прошлом тренер Нина Теплякова на первых порах тоже обходила своим вниманием будущую 3-кратную финалистку Уимблдона Ольгу Морозову.
Со временем теннисный талант Кафельникова еще более окреп: он финишировал первым на личных чемпионатах Европы в паре для 14- и 16-летних, а затем дважды выиграл Кубок мира в командных соревнованиях.
После стажировки весной 1991 года в известной теннисной академии Ника Боллетьери (США) Кафельников неожиданно для всех сменил тренера. Место Шишкина, который опекал Женю 12 лет и считал чуть ли не сыном, занял… Лепешин.
Переломным в теннисной судьбе 20-летнего Кафельникова стал 1994 год. В тот год он выиграл 3 турнира АТР в одиночном разряде и 4 в парном, помог сборной России впервые пробиться в финал Кубка Дэвиса и перепрыгнул в мировом рейтинге по итогам года сразу на 93 ступеньки – со 104-й позиции на 11-ю. О Кафельникове заговорили. Специалисты взяли его на заметку. Стало ясно: на небосводе мирового тенниса зажглась новая яркая звезда.
Год спустя сочинец первым среди наших мастеров ворвался в десятку лучших мира не только в одиночном, но и в парном разрядах, подтвердив, что он не просто сильный мастер-одиночник, а настоящий теннисист-универсал.
Последующие 6 лет (1996–2001) – период наибольшего расцвета таланта Кафельникова. Он яростно штурмует бастионы мирового тенниса и покоряет одну теннисную вершину за другой.
День 7 июня 1996 года можно по праву, без всякого преувеличения назвать для российского тенниса судьбоносным. В тот день трибуны Центрального корта стадиона «Ролан Гаррос» были переполнены. Собрался весь цвет Парижа, среди зрителей – президент МОК Хуан Антонио Самаранч. Зрелище предстояло захватывающее: уже громко заявивший о себе 22-летний русский Евгений Кафельников против кумира Германии, 27-летнего чемпиона Уимблдона Микаэля Штиха. Молодость против опыта. Рвущийся вперед русский танк, как шутили журналисты, против знаменитых Зееловских оборонительных редутов. Чья возьмет?
Это был редкий по своему спортивному накалу и драматизму поединок. Его судьбу решили всего три сета, но каких! Первый сет Евгений взял на тайбрейке – 7:6. Во втором, безнадежно отставая 2:5, сумел выиграть 5 геймов подряд (!), а с ними и сет. В третьем – вновь тайбрейк, вновь страшная нервотрепка, и вновь победа! Эта дуэль продолжалась 2,5 часа и завершилась яркой, незабываемой победой нашего чемпиона.
На табло 17.42 – время для нашего тенниса воистину историческое – время первой победы россиянина в турнире «Большого шлема» в одиночном разряде и начало отсчета новой эры, новых значительных побед в истории отечественного тенниса.
На этом наступательный порыв Кафельникова, однако, не закончился. Он выигрывает в Париже вместе с чехом Даниэлем Вацеком еще и парный турнир и становится начиная со времен легендарного австралийца Кена Розуолла (1968) первым теннисистом, сделавшим своеобразный дубль – победы в одиночном и парном разрядах. Повторил Евгений и рекорд семилетней давности знаменитого американца Джона Макинроя (1989) – по итогам года попал в пятерку сильнейших мастеров мира как в соревнованиях одиночников, так и в паре.
В последующие годы эпитет «первый» – неизменный спутник Евгения Кафельникова. Он первым среди российских мастеров тенниса выиграл турниры АТР на трех разных покрытиях – на траве (Галле), на харде (Нью-Хейвен) и на ковре (Москва) – еще одно доказательство универсального стиля игры сочинского таланта, первым из россиян победил на Открытом чемпионате Австралии в одиночном разряде, первым из соотечественников возглавил текущий рейтинг АТР. По этому поводу он получил телеграмму от Президента России Бориса Ельцина, где, в частности, говорилось: «Впервые за 122-летнюю историю нашего тенниса российский спортсмен стал сильнейшим игроком мира. Эта победа – великое достижение нашего спорта. Как человек, играющий в теннис, я понимаю, как трудно достичь такого высокого результата».
К моменту своего наивысшего триумфа (1999) Кафельников уже расстался с Лепешиным. Его место занял известный американский тренер Ларри Стефанки, который в свое время пестовал таких кудесников мирового тенниса, как американец Джон Макинрой и чилиец Марчело Риос. На этот раз расставание прошло тихо, мирно, без всяких эксцессов. Несколько лет спустя Евгений признался: «Лепешин раскрыл меня как игрока. Когда было необходимо, этот человек вкладывал в меня свою душу. Ему я обязан своим именем. Если бы не он, все было бы совсем по-другому». И такое признание, пусть и запоздалое, делает честь нашему чемпиону.
Олимпийский турнир Олимпиады-2000 выдался, как говорится, на славу. В австралийский Сидней приехали все самые титулованные мастера, 7 игроков из первой десятки мира. Такого на Олимпиадах у мужчин еще не было. Борьба предстояла нешуточная.
В олимпийском сезоне Кафельникову пришлось пережить немало горьких минут, испытать немало срывов и огорчений. Поговаривали даже, что Евгений уже спекся, выдохся и большие победы ему не по плечу. Однако он выстоял. Выстоял и доказал, что его еще рано списывать со счета, что он еще умеет «выстрелить в десятку» в самый нужный момент, в самом престижном турнире.
Накануне Олимпиады Кафельников заявил, что он в отличной физической и спортивной форме и надеется на успех. Увы, такие заявления от него в том сезоне уже не раз слышали и восприняли их с известной долей скептицизма. Боялись, что они окажутся «мыльным пузырем».
Начался турнир и опасения наших болельщиков стали исчезать, как миражи в пустыне. На корте все увидели нового, а точнее говоря, прежнего Кафельникова – цепкого, расчетливого, волевого, не прощающего соперникам ни малейших оплошностей, умеющего терпеть и сыграть, когда нужно, через «не могу». По-видимому, он действительно приехал в Сидней выигрывать и разом рассчитаться за все свои прежние неудачи.
После двух побед над сравнительно малоизвестными соперниками первое серьезное испытание – матч против кумира австралийцев, опытнейшего Марка Филиппуссиса. К началу этого матча все австралийцы уже простились с Олимпиадой и 23-летний Марк оставался их последней надеждой. Это был тяжелейший матч, настоящая дуэль нервов. Выиграв его, сочинец впервые продемонстрировал всю серьезность своих намерений.
Следующий соперник еще более опасен – Густаво Куэртен из Бразилии. Именно он возглавлял тогда мировой рейтинг и считался претендентом номер один на звание чемпиона мира. Поговаривали, что предстоящий поединок может по праву считаться досрочным финалом Олимпиады. Возможно, так оно и было. И здесь Кафельников вновь показал, что ему не страшна даже первая ракетка мира – победа в трех сетах кряду.
В полуфинале Евгений с трудом одолел главную сенсацию тогдашнего олимпийского турнира – 21-летнего француза Арно ди Паскаля, который на пути к финалу сумел обыграть таких грандов мирового тенниса, как швед Магнус Норман и немец Николас Кифер.
К финалу Евгений подошел не уступив соперникам ни одного сета, что можно, безусловно, расценить как показатель экстракласса. Финальный матч против 22-летнего немца Томаса Хааса не был эталоном теннисного искусства. Но финалы на турнирах такого уровня и не бывают, как правило, классными. Здесь в первую очередь решает психологический настрой, а попросту говоря, нервы. И в столь драматичном противоборье Е. Кафельников выстоял, хотя на это уже потребовалось 5 сетов, и стал первым олимпийским чемпионом по теннису из России, чемпионом в самом престижном разряде – одиночном. В Сиднее Евгений показал себя настоящим бойцом, лидером нашей команды. Золотую олимпийскую медаль ему вручил сам Хуан Антонио Самаранч.
После финального матча Евгений выглядел безмерно счастливым. Обычно замкнутый, а порой даже какой-то отчужденный, настороженный в контактах с людьми, он был готов общаться с кем угодно. «Весь матч борьба шла за каждый мяч, – резюмировал после финала новоиспеченный олимпийский чемпион. – В решающие моменты я проявил характер. Это не похвальба, а констатация факта. Эта победа самая главная в моей жизни». И это действительно так. Ведь звание олимпийского чемпиона разыгрывается раз в 4 года. И завоевать его – большая честь для любого спортсмена.
После этого триумфального успеха злые языки поговаривали, что победа на Олимпиаде-2000 – лебединая песнь Кафельникова. Что в свои 26 лет он вряд ли сможет подняться в игре до прежних высот и конкурировать с лидерами мирового тенниса.
Ответ Евгения этим маловерам не заставил себя долго ждать. После Сиднея он сумел ворваться в восьмерку лучших игроков мира, кому удавалось выиграть за всю карьеру по 25 турниров АТР в одиночном и парном разрядах, 5 лет подряд завоевывать Кубок Кремля, войти в квартет сильнейших игроков мира по итогам 2001 года, помочь сборной России впервые заполучить заветный Кубок Дэвиса и т. д. Евгений – единственный из всех теннисистов страны, который выступал во всех трех финалах Кубка Дэвиса с участием сборной команды России.
Игра Кафельникова по-прежнему завораживала: высокая скорость передвижения по корту, мощный прием подачи справа и слева двумя руками, великолепная игра с лету, особенно у сетки, умение хорошо читать игру и предугадывать действия соперника на корте плюс отменные волевые качества – все это будоражило публику, которая валом валила на его матчи. Там, где было больше всего зрителей, где шла острая бескомромиссная борьба, где мастерство теннисиста граничило с подлинным искусством, можно было безошибочно сказать: играет Евгений Кафельников.
Все эти годы Кафельников жил не только теннисом, но и чутко реагировал на события, происходившие в нашей стране. Немало доброго сделал на ниве благотворительности, не раз помогал людям в беде. Многим до сих пор памятен его благородный поступок в октябре 2001 года. Тогда недалеко от его родного города Сочи был сбит, как утверждалось по ошибке, воздушными силами ПВО Украины российский пассажирский самолет, на борту которого находились не только российские граждане, но и иностранцы. Экипаж и все пассажиры самолета погибли. Евгений откликнулся на эту трагедию без всяких раздумий, без всяких колебаний: он передал свой первый приз, всю сумму от выигрыша Кубка Кремля (137 тысяч долларов США) семьям и родственникам погибших. И это – не единственный случай его благих деяний.
И все же, несмотря на все победы, на все успехи, незаметно подкрались к Кафельникову и предательская усталость, и какая-то апатия и безразличие к своим выступлениям на корте. Ведь в последние годы, шутка ли сказать, он играл по 170 матчей за сезон – матчей не со второразрядными мастерами, а с гроссмейстерами мирового тенниса, где нередко на кону были самые высокие ставки. И вот после сезона 2003 года, в котором 29-летний Кафельников финишировал по итогам года лишь 41-м в мире (худший показатель с 1993 года), он решил уйти из большого тенниса. Многих этот поступок нашего чемпиона расстроил, разочаровал. И неудивительно: ведь в мировом теннисе есть немало мастеров, кому далеко за 30, но они продолжают выступать, и притом весьма успешно, на орбите мирового тенниса. Взять хотя бы, к примеру, американца Андре Агасси, англичанина Тима Хенмана, шведа Томаса Юханссона и др.
На вопрос, почему это случилось, лучше всего ответил сам Кафельников: «Я абсолютно не жалею, что расстался с теннисом. Реально я уже не смог бы играть на том уровне, к которому привык сам и к которому привыкли мои болельщики. В этом и заключается главная причина моего ухода. Не скучаю ли я по теннису? Абсолютно нет. На этот счет не испытываю никакой ностальгии. Почему? Возможно, потому, что я слишком долго и усердно занимался теннисом, отдавая любимому делу всего себя, саму свою жизнь. А потом наступил момент, когда я перестал испытывать тот кайф от работы, который испытывал раньше».
После окончания карьеры теннисиста великий спортсмен занимается всем понемногу: воспитывает дочь Олесю, присутствует на матчах Кубка Дэвиса нашей сборной. Именно присутствует, как говорит он сам, в качестве талисмана, а не выступает в роли тренера или консультанта. Увлекается игрой в гольф. Является вице-президентом Ассоциации тенниса России. Время от времени появляется на футболе и хоккее. Своих болельщицких симпатий не скрывает: он – давний и преданный поклонник «Спартака». Считает, что «Спартак» в футболе – это такое же громкое имя, как и Кафельников в теннисе.
Нередко первый лауреат «Большого шлема» получает предложения удариться в политику, выйти, так сказать, на публичную авансцену, на прямой диалог с народом. Ведь таких примеров в спорте немало: Владислав Третьяк, Гарри Каспаров, Александр Карелин. Евгений не горит желанием светиться на политической сцене, твердо знает, по крайней мере так утверждает он сам, что его приход в политику ничего существенного не изменит и от него вряд ли будет что-то там зависеть. А он так не привык. Он – человек дела. Уж если берется за что-то, то обязательно старается довести до конца. В этом весь Кафельников!
Живет и работает в Москве.